Ответы к страницам 101 — 102. Д. Самойлов. Красная осень

? с. 101
С помощью какого цвета поэт передает своё переживание красоты осени? Есть ли в этом что-то необычное: в какой гамме,
как правило, представляют красоту осени?
Костя сказал, что красный цвет здесь потихоньку завоёвывает всё пространство леса.
Ты с этим соглашаешься? Каким образом поэт передаёт это постепенное, но неуклонное вторжение красного?

Ответ:

Поэт передаёт красоту осени не классической золотисто-жёлтой гаммой («золотая осень»), а красным цветом. Мнение Кости позволяет обратить внимание на то, что осень наступает постепенно; красный цвет завоёвывает пространство исподволь: «…вкрался красный лист / …вспыхнул красный куст / …красным стал окрестный лес…».

Есть ли в этой красоте что-то тревожное? Страшно ли для леса наступление осени?

Ответ:

Действительно ли во вторжении красного есть что-то тревожное? Да: «Как будто сердце леса обнажилось / Готовое на муку и на риск… / Как будто бы… расположилось / Две тысячи полураскрытых уст…». Однако для леса наступление осени не страшно: «…праздник листьев и небес / в своём спокойном благородстве…».

Почему поэт сравнивает отдельный лист с сердцем леса, а множество листиков — с полураскрытыми устами?

Ответ:

Сравнивая отдельный лист с обнажённым сердцем, поэт пользуется, прежде всего, приёмами олицетворения (есть ли у леса сердце? А уста, или губы? Эти признаки обычно присущи одушевленным существам) и контраста («Внезапно в зелень вкрался красный лист»). Один-единственный мазок красного среди зелени и в самом деле выглядит как обнажённое сердце леса? А красный куст — уже лицо? Действительно, «две тысячи» красных листьев больше похожи на уста, полураскрытые в ожидании наступления осени.

? с. 102
Когда Миша перечитал первую строфу, он сказал:
— Как будто кто-то поранил лес! Всё было зелёное и вдруг — бац! Красное пятно…
— А я совсем не так это вижу! — сказала Маша. — Я вижу множество деревьев, одетых в зеленовато-золотистые платья.
Эта одежда колышется и переливается на ветру. И будто бы у одного дерева платье порвалось, и стало видно, как его сердце бьётся красным листиком.
А ты что представляешь, когда читаешь первую строфу? А когда читаешь вторую строфу?

Ответ:

Мнения Маши и Миши помогают сконцентрироваться на определённых ассоциациях, возникающих во время чтения этого стихотворения. Чья точка зрения вам ближе: тревожно-настороженная у Миши («кто-то поранил лес») или лирическая у Маши («будто бы у одного дерева платье порвалось, и стало видно, как его сердце бьётся красным листиком»)? Первая строфа вполне может вызвать чувство тревоги. Вторая строфа — нетерпеливое ожидание, ведь лес ждёт наступления осени. Третья строфа — праздник, торжественное наступление осени.

Чем отличается настроение в первой и в третьей строфах? Процитируй строчки и слова, которые подтверждают твоё мнение.

Ответ:

Сможете ли вы подтвердить строками из текста, что настроение от строфы к строфе меняется? Да. Первая строфа — беспокойство: «Как будто сердце леса … Готовое на муку и на риск». Вторая строфа — нетерпеливое ожидание: «Как будто… Две тысячи полураскрытых уст». Третья строфа — спокойное торжество осени, праздник: «праздник листьев… В своём спокойном благородстве».

Права ли Евдокия Васильевна, сказав, что для создания ощущения праздника важен не только цвет, но и свет? Можешь подтвердить это с помощью строчек из стихотворения?

Ответ:

Для более точной передачи настроения свет играет не меньшую роль, чем цвет: «вспыхнул красный куст… / …облако впитало красный отсвет… / Светился праздник листьев и небес…» Благодаря игре и цвета, и света «праздник осени» постепенно набирает силу и становится всё ярче.